Я сегодня после длительного перерыва вновь посетил приём граждан ректором СПбГУ. На этот раз действо проходило в Менделеевском центре, в помещении Российского химического общества. Я, настраиваясь на предстоящие разговоры, автоматически начал думать, на каких юридических основания РХО занимает столь большие помещения, является ли оно структурой СПбГУ или же платит арендную плату. Потому как на факультете психологии Санкт-Петербургское психологическое общество перебралось в комнатушку поменьше в силу трудностей с выплатой аренды. А у РХО помещение раз в пятнадцать побольше.

Вокруг стояли склянки с музейными хим.реактивами, горелки, колбочки и прочие экспонаты. А ректор всё не шёл и не шёл. Через полчаса наконец-то действо началось. Я думал, что мне придётся в какой-то момент выйти, ибо обнаружил в очереди коллегу, против которой мы довольно дружно проголосовали на выборах по должности профессора кафедры. Но она своей очереди не дождалась. Вообще, людей было мало, но как-то очень уж занудно всё это тянулось. Особенно тягостной была первая посетительница.

Эта милая девушка начала с сообщения о том, что ей был голос. Вернее, она услышала глас Путина и Медведева о необходимости возвращения наших ученых на Родину. И создания условий. И она вняла и решила вернуться. Но столкнулась с проблемами. Николай Михайлович тут же начал пытаться понять, с кем имеет дело. Выяснилось, что девушка отучившись два курса в одном украинском вузе в самом начале 90-х, перебралась в США, где по финансовым обстоятельствам всё никак не может закончить обучение на бакалавра. А интересует её одна хитрая область, которая в России есть у нас на одном из факультетов. Но перевестись из американского вуза к нам у неё не получается, потому что у неё нет нострификации, а когда откроется институт нострификации, никто не знает... В итоге порешали, что никакого особого смысла заморачиваться с нострификацией — нет, ибо вполне достаточно зачесть два года обучения в украинском вузе 15 лет назад. Это я сейчас так кратко и связно излагаю. А вот acquisition знаний из этой девушки было очень мучительным процессом, не говоря уже о понимании того, чего и куда она хочет. Кстати, так и остался за кадром ответ на вопрос о том, на какую форму обучения она хочет попать — на договорную или бюджетную и на какое именно направление подготовки. Но верному спутнику ректора, начальнику управления аппарата ректора, которого визитерша окрестила рефератом, теперь придётся что-то делать с этой ситуацией. Да, она говорила что-то про какие-то свои публикации и научные достижения — не нашёл ни одной ее публикации. Вот уж забавная реакция на политику президента и премьера.

Ректор также сообщил, что за последнее время он получил 3 заявления от ученых с просьбой найти возможность работать в СПбГУ. И это неудивительно, ибо, по словам ректора, на самом скромном в плане зарплат химфаке, доход профессора составляет 40 тысяч рублей. То есть сказал ректор, что минимальный средний доход профессора в университете составляет 40 тысяч рублей, но видимо, он имел в виду, что это минимальный из средних доходов по факультетам. Надо бы добраться до источника всех этих загадочных сведений и выклянчить табличку, раз уж она вроде как существует пофакультетно.

Следующим зашёл отец Кирилл Копейкин, настоятель университетского храма. Он произвёл на меня весьма благоприятное впечатление, ибо у него очень симпатичная улыбка. Служителя культа интересовал вопрос о том, как бы это нам бы деятельность этого самого храма легализовать. Я с некоторым удивлением обнаружил, что позиция ректора по данному вопросу вполне совпадает с моей (хотя юристы мне в комментариях к постам на эту тему писали, что я не прав, и меня убедили). Однако в итоге Николаю Михайловичу пришёл в голову неожиданный способ решения нашей проблемы без порождения новых — попробовать разработать поправки к закону, которые предполагали бы возможность деятельности религиозных организаций в помещениях вузов, исторически для этой деятельности предназначенных. И что было бы неплохо к 170-летию храма (2012) это сделать.

Также сообщили, что завтра будет презентация центра изучения проблем экстремизма, который, если верить словам ректора должен стать чуть ли не правозащитным по сути своей деятельности, ибо там планируется анализировать законы и практику их применения...

Потом зашла дама, у которой не приняли заявление на перевод дочери с платного на бюджетное на журфаке. Тут выяснилось, что подавать заявления теперь можно не дважды в год, а ежемесячно. Но мест на журфаке сейчас всё равно нет. Но могут появиться. Но за семестр заплатить всё равно придётся.

Затем зашла дама, которая пытается приватизировать предоставленное ей администрацией университета несколько лет назад служебное жильё. С ней ректор разговаривал недружелюбно. Как он пояснил позже, университет проиграл несколько судов, и выполнить решения суда мы обязаны, а вот помогать ей оформлять документы — нет. И вообще принципы, по которым распределяла ранее служебное жильё администрация университета — большая загадка. Вернее, это даже практически вовсе не загадка, но это не для печати. Тут должен согласиться с ректором, для подавляющего большинства сотрудников СПбГУ в принципе огромное удивление узнать, что у нас, оказывается, некоторые сотрудники жильё получали. Это, знаете ли, нигде никак не афишировалось.

Следующий посетитель — вежливый молодой человек восточного вида с золотой цепочкой на шее. Молодой человек задал тот вопрос, который собирался задать я. Он принёс с собой приблизительное меню для столовых СПбГУ от фирмы, которую он представляет. И интересовался, когда же будет объявлен тот самый конкурс на аренду помещений для учреждений питания, о котором идёт речь уже, наверное, больше года. Ректор сообщил, что основная проблема сейчас в том, что они хотят провести единый конкурс, одним лотом на все помещения, а для этого надо юридически чисто оформленные в собственность СПбГУ здания и помещения, и из-за этого всё тормозится. Но ориентировочно через полтора месяца на сайте появится объявление.

Проведение конкурса единым лотом обусловлено тем, что есть места выгодные для операторов, а есть невыгодные. Но кормить везде надо качественно. И если конкурсы будут идти по отдельным факультетам и помещениям, то победители конкурсов будут относиться к невыгодным точкам без должного уважения. А если оператор будет знать, что от качественной продажи дешёвых сосисок в тесте и выполнения всех условий конкурса где-нибудь в тихом углу Петродворца зависит договор аренды дорогого ресторана на юрфаке, то они смогут хоть в убыток себе работать в отдельных точках. Посетитель заметил, что это как в России с дотационными регионами и попрощался, ещё раз уточнив, что конкурс надо ждать на сайте через полтора месяца. Одно удовольствие, а не посетитель — знает, зачем пришёл, перестаёт совать свои документы, поняв, что они не нужны и не хочет непонятного.

Следующий посетитель — президент фонда «Откроем мир детям», обеспокоенный судьбой проекта дистантного образования для детей с ограниченными возможностями. Ректор сообщил, что такого рода проект в настоящий момент развивается только с Ленинградской областью, и там есть некоторое движение вперёд. Распорядился информировать фонд о каждом таком движении вперёд по пути открытия этого проекта.

Следующим посетителем был я. Старшего преподавателя факультета психологии интересовало перераспределение средств между факультетами в силу закрытия вечерних отделений. Внятного ответа на этот вопрос я не получил. Вернее не так. Я не смог за короткое время разговора вникнуть в суть полученного ответа и разобраться. Практический смысл ответа сводится к тому, что сотрудникам факультетов не о чем беспокоиться в связи с уменьшением количества студентов — им просто придётся меньше работать... А теоретический смысл заключается в том, что общая политика будет сводиться к тому, что надо будет говорить не о бюджетах факультетов как структурных подразделений, а о бюджетах образовательных программ, которые реализуют факультеты. Чувствую, впереди опять большая-большая путаница.

Спросил я и про загранкомандировки, ректор сказал, что в действующей ситуации очень много зависит от воли руководства, и всего не учтёшь. И руководство свое нежелание отправлять человека в командировку может оправдывать самыми разными мифическими приказами и правилами. К сожалению, приказом и правилом всё равно всех ситуаций не зафиксируешь и решение руководителя будет продолжать играть важную роль. В СПбГУ действует документ (положение), регламентирующее порядок оформления загранкомандировок сотрудников. На сайте я его не нашёл, только упоминания на сайте физфака о его изменении.

Вот таким был приём граждан ректором 10 февраля 2010 года. Посетителей немного, но очень долго.